Вверх страницы

Вниз страницы

Crossover: An Unexpected Journey

Объявление

Рады приветствовать вас на проекте CROSSOVER: AN UNEXPECTED JOURNEY! Мы открываем свои двери для всех желающих погрузиться в самый невообразимый мир, какой вы только могли себе представить, - мир, где все имеющиеся в мире произведения, все фэндомы объединены в одно целое, мир, где вы можете стать, кем угодно, мир, где любая история становится правдой, и непосредственно вы можете быть причастны к самым важным и интересным событиям. Выберите себе самого подходящего персонажа, ощутите себя героем и вершителем судеб. Мы же обещаем от себя безграничную любовь, внимание и дружелюбие, спешите к нам скорее, ведь мы ждём вас всех без исключения. По всем вопросам милости просим в гостевую, мы всегда рады вам помочь**
PARTNERS
Hogwarts: It's not the end. GLEE синдром сказки D O C T O R   W H O «The Invisible Enemy» TVD:pulsation



- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -
путеводительсписок персонажейправилашаблоны анкетфакгостеваянужные

- - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - - -

16.02. Дорогие игроки, в квест "0.4. Бал семи королей" были внесены изменения, ознакомьтесь с ними и приступайте к игре, была установлена очередность постов мастерских отыгрышей, за которой вы можете следить в соответствующей теме. Не забывайте отдавать свои голоса в голосованиях, делитесь своими идеями, играйте, наслаждаясь игрой, фантазируйте и помните, что мы вас любим.
07.02. Сегодня нам ровно месяц и мы спешим поздравить вас с этим маленьким праздником. А в качестве подарка были открыты первые квесты с которыми вы можете ознакомиться в соответствующей теме. Не забывайте голосовать в итоговом недельном голосовании, тыкать на кнопочки топов, что можно найти прямо под формой ответа, пишите посты и любите друг друга.
26.01. Нам уже больше двух недель, и это несказанно радует, перекличка подошла к концу, и спасибо всем тем, кто ещё с нами. Не забывайте отдавать свои голоса в голосованиях, делитесь своими идеями, играйте, наслаждаясь игрой, фантазируйте и помните, что мы вас любим :з
14.01. Итак, наши любимые кроссовцы, мы пережили первую неделю! Она была весьма насыщенной, интересной и продуктивной, и мы искренне желаем вам и нам, чтобы таких недель в нашей сумасшедшей жизни было побольше :з Не забудьте проголосовать в итоговом недельном голосовании, нажимать на кнопочки топов и любите нас полностью ( :
07.01. Спешим поздравить всех с долгожданным открытием ролевой и пожелать на дальнейшем тернистом и нелегком пути не только удачи и терпения, но, что самое главное, лучших игроков и дружескую атмосферу, к которой мы обещаем всеми силами стремиться. (: Искренне и от всей души надеемся, что вам у нас понравится!

PLAYER'S PROJECTS
Петербург. В саду геральдических роз

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



3.07. Well, gotta know the enemy.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

http://24.media.tumblr.com/tumblr_m36x6b5TJG1qcxu03o1_250.gif http://24.media.tumblr.com/tumblr_m36x6b5TJG1qcxu03o3_250.gif

кто: Эмрис и Нимуэй;
когда: в современности;
почему:

я знал, что та встреча будет не единственной.
но в тот раз как-то обошлось, в этот же всё намного серьёзнее.

варнинг: много беготни, магии, оружия и прочих прелестей жизни.

0

2

У большого трёхэтажного здания Лондонского музея остановилось желтое такси, из которого вскоре вышла молодая женщина, облаченная в не по погоде лёгкое черное платье.
К вечеру холод усилился, так что основная часть туристов, облачившихся в тёплые свитера и куртки, недоумённо посмотрели на вновь прибывшую поклонницу искусства во всех его проявлениях.
Музей ещё не открыли, подготавливая залы к новой, обещавшей быть сенсационной, выставке, так что люди столпились под вывеской, выведенной красной краской: «Добро пожаловать!», нетерпеливо переговариваясь и гадая, что же их ожидает за тяжелыми резными дверьми?
Нимуэй в дискуссии участия не принимала, с равнодушным видом встав в сторонке и время от времени поглядывая на наручные механические серебряные часы у себя на руке. Судя по стрелкам, которые одновременно служили и хвостом дракончику, украшавшему циферблат, до открытия оставалось менее минуты.
И верно, спустя тридцать секунд после её прибытия, широкие двери распахнулись, пропуская хлынувшую внутрь толпу разномастных туристов: среди них наблюдались как бедные студенты, так и весьма состоятельные и известные личности.
По крайней мере, седовласого мужчину, рядом с которым она шла, точно показывали в новостях.
Пропустив знаменитость вперёд, она зашла в зал последней, рассматривая царившую там атмосферу.
Неплохо. Женщина дотронулась до стянутых в тугой пучок волос, поправляя вдетую в них серебристую заколку, которая искрилась в свете многочисленных люстр под потолком и, недолго раздумывая, отправилась следом за частью туристов, которых представляли не слишком обеспеченные, но очень весёлые студенты.
Они оказались в той части музейного здания, где находились картины.
Экскурсовод – низенькая полная женщина лет пятидесяти – пыталась рассказать студентам историю античного мира.
Получалось у неё не слишком, поскольку те пришли в музей не ради картин или артефактов, а из-за бесплатного фуршета и бесплатных билетов, которые им выделили, непонятно за что. «Скучную» часть этого события они пропустят, предпочтя перейти сразу к главному. Оболтусы. Обойдя столпившуюся у картины, изображавшей Горгону, студентов, Нимуэй оказалась в зале, посвященном средним векам.
Из ряда картин, она задержалась перед одной, которая была подписана как: «фея тёмная Моргана» - она была выполнена яркими красками, умелым художником. Взгляд зелёных глаз был устремлён, казалось бы на всех.
Нимуэй удовлетворённо кивнула, переходя к следующей картине, изображающей длиннобородого старца – Мерлина.
Экскурсовод всё ещё втолковывала юнцам что-то о древности. Нимуэй поднесла руку к картине, не в силах уйти просто так, и не известно, чтобы сделала с изображением – может, выдрала бы с корнем? – но в этот момент на её плечо опустилась чья-то рука.
Нимуэй резко отдёрнула пальцы от портрета и повернулась к потревожившему её организатору выставки – одному из.
Всего их было четверо. Он спросил, не желает ли она пройти в зал с артефактами?
Там, судя по всему, собрались слитки общества. Нимуэй кивнула, смотря на экскурсовода, которая как раз подобралась к «тёмной фее Моргане».
Что она несёт? – подумалось Нимуэй, которая сильно сомневалась в сказанной экскурсоводом информации, - колдуньи жили в болотах? Она ни с кем нас не путает?!
Пройдя в зал с артефактами, она мельком просмотрела коллекцию выкопанных недавно окаменелостей и, взявшись за широкие дубовые перила, стала подниматься на второй этаж, где проводилась более интересная ей выставка холодного оружия: мечи, рапиры, кинжалы.
К последним колдунья питала особую слабость, так что, остановившись перед витриной с утончённым оружием, датируемым пятым веком н.э., стала рассматривать небольшой кинжал, который был украшен рунами.
Она перевела, что обозначала надпись на рукояти и кинжал понравился Нимуэ ещё больше: серебряная ручка, украшенная тёмным феонитом и очень острое, не пострадавшее от времени, лезвие. Ей вдруг очень захотелось дотронуться до него. Захотелось присвоить этот кинжал себе. Музейная кража? Музейная кража…
Толпа туристов добралась и до артефактов, так что ей пришлось подниматься на третий этаж, одну часть которого занимал банкетный зал, а другую просторный балкончик, ещё пустовавший.
Подойдя к его перилам, Нимуэй стала  наблюдать за тем, что происходило внизу.
Вдруг ей померещилось знакомое лицо. То же самое, что тогда, но… нет, как такое возможно?
И всё же она перегнулась через перила, чтобы ещё раз убедиться, что ей действительно померещилось.
Сзади раздались чьи-то шаги, а она всё ещё смотрела на то место, где видела Мерлина.

+1

3

Мерлина нельзя назвать поклонником искусства в любом его проявлении, серьёзно, он видел, как создаются все эти великие произведения, и у него нет никакого желания ходить по музеям, чтобы увидеть это всё ещё раз. Но Артур, всеми силами старающийся ужиться в новом мире и привыкнуть, иногда становится настолько невыносим, вот как сегодня вечером, например, что Мерлин молча уходит из квартиры, оставив мобильный телефон и ежась на пронизывающем ветру – шарф он тоже забыл. В наушниках Курт Кобейн прощается со всеми знакомыми, говоря, что было круто*, и Эмрис недовольно вздыхает, усаживаясь на скамейку на остановке. У него нет особых идей, куда пойти, может, доехать до центра и просто походить по улицам-торговым центрам, разглядывая людей, у которых всё хорошо, или засесть в каком-нибудь кафе и сидеть до самого его закрытия, пока бариста, высокий грузный мужчина, не подойдёт к его столику и довольно прямо скажет, что, вообще-то у всех есть жизнь после работы, так что свалил бы ты отсюда, парень, и решал свои проблемы не одними размышлениями, а действиями.
Подъезжает старый разбитый автобус, и Мерлин поднимается с лавки, слыша еле уловимый хруст костей в затёкших ногах, ну да, он абсолютно не спортивен, да и не нужно ему это, его секрет в магии, а не в кубиках пресса, скрытых под одеждой. В салоне невыносимо воняет бензином, и он чувствует, как у него начинается приступ астмы, роется в карманах, немного паникуя, но потом всё-таки нашаривает спасительный ингалятор, честное слово, этот новый мир когда-нибудь его убьёт, пыльный и грязный, совершенно непригодный для мирного существования. День за днём все куда-то бегут, торопятся, толкаются в метро и на улицах, окончательно превратившись в стадо, которое легко запугать и которым легко управлять. Мерлин не знает, отчего ему в голову приходят такие злые мысли, наверное, после той самой песни, но автобус, наконец, тормозит, и Эмрис выходит, кашляя от выхлопов, извергнувшихся на него на прощанье.
Он идёт куда-то, куда глаза глядят, как говорится, рассматривает яркие витрины, красивых людей, одетых по последней моде, и чувствует себя совсем не отсюда, в своей старой куртке непонятного цвета, потускневшего после многочисленных чистящих заклинаний, потёртых от старости джинсах и разбитых кедах, с постепенно отклеивающейся от левого подошвой. Люди в ответ разглядывают его, кто брезгливо, кто – жалостливо, как бездомную собачку, и не подозревают, что, в общем-то, Эмрис вполне доволен своей жизнью. Он никогда не заботился о внешнем виде, потому что ему не на кого было производить хорошее впечатление. А сейчас вернулся Артур, и в его жизни снова появился хоть какой-то смысл, но всё равно недостаточный для того, чтобы купить себе, например, новые джинсы.
Какой-то мальчишка протягивает ему цветастую рекламку, и Мерлин скучающе читает крупные буквы, складывающиеся в предложения о том, что в Лондонском музее открывается удивительнейшая выставка, чуть слышно фыркает и думает, а почему бы, собственно, и нет, к тому же обещалась бесплатная экскурсия в честь открытия. Ну ладно, если станет совсем невыносимо скучно, то он просто уйдёт, мировое искусство ничего от этого не потеряет.
Он шагает по улице, пытаясь сориентироваться по карте, отпечатанной на обратной стороне рекламки, но ориентирование на местности заканчивается полным провалом, когда он заходит в какую-то тупиковую подворотню. Замечательно, – мрачно думает Эмрис, осознавая, что без магии ему не справиться, но в тоже время привлекать к себе внимание таким способом крайне опасно, ведь он недавно уже выдал себя.
Дилемма сложная, но Мерлин в итоге хватает за руку первого попавшегося солидного мужчину и застенчивым тоном спрашивает, как пройти к музею. Мужчина смотрит одобрительно, как же, приезжий решил приобщиться к искусству, и подробно объясняет, как дойти, всего-то повернуть два раза направо и один – налево, и вот он, музей. Эмрис благодарит и движется в указанном направлении, весь путь занимает у него всего-то минут семь, в то время как до этого он плутал добрых полчаса.
Около музея уже почти никого нет, и волшебник понимает, что пропустил торжественное открытие, но ещё есть шанс нагнать экскурсовода с группой, и проталкивается через слишком узкие входные двери.
Внутри было людно и шумно, и Мерлин влился в толпу туристов, разговаривающих с заметным американским акцентом, краем глаза осматривая экспонаты, как вдруг кожей почувствовал на себе чей-то взгляд. Ощущение ему не понравилось, уж слишком от этого взгляда в нём закипела магия, грозя снова вырваться наружу, трубя об опасности, и, даже не глядя, Эмрис вполне понял, кто может вызвать подобное.
Нимуэ не шевелится, перегнувшись через перила, пока Мерлин взбегает по лестнице вверх, расталкивая посетителей, бросающих ему в спину всякие «комплименты», и добирается до колдуньи. Может, если они поговорят, она изменит своё к нему отношение?
- Нимуэ, послушай… – бормочет он, не зная, как лучше начать, но ненависть в её красивых глазах служит слишком очевидным ответом.

*

песня: Nirvana - Seasons in the sun

Отредактировано Merlin Emrys (25-01-2013 18:27:27)

+1

4

Она слышит знакомый голос позади себя, и медленно разворачивается лицом к Мерлину, бросая на него много говорящий взгляд, в котором перемешались ненависть и начинающее прогрессировать безумие.
– Как я могла забыть, что ни в коем случае нельзя поворачиваться к тебе спиной? – игнорируя его фразу, с нотками иронии в голосе, задаёт провокационный вопрос колдунья. Этим она даёт понять, что помнит, чем для неё закончилось прошлое отвлечение от непосредственного противника. Молнией в спину и гибелью. Было больно, но в ещё большей степени было обидно, проиграть казалось, что начинающему, магу.
Позже к этим ощущениям прибавилась ненависть, с многочисленными оттенками неадекватности, порывистости, бездумного стремления к цели.
Своеобразно-усовершенствованный вид ненависти, завладевший ведьмой изнутри, и полностью подчинивший себе её существование. Теперь этот вид  отчётливо просматривался в её взгляде, нацеленном на Мерлина. Если бы они не были в многолюдном музее, с сотнями любопытных глаз, помимо слов она давно бы послала в него парочку-другую магических атак...
Но нет, они находились в музее, где как назло была куча народа, пришедшего полюбоваться искусством в лучшем случае, или же выпить за бесплатно в худшем. Глупые халявщики!
Она ощутила, как вместе со злостью растёт и магическое напряжение на том месте, где стояли они с Мерлином, грозясь вырваться наружу, поскольку хозяйка, поддавшись чувствам, не сможет его сдерживать.
Спокойно, нужно взять себя в руки, нарушение конспирации ещё никому ощутимой пользы не приносило…
Но, увы, эта адекватная мысль промелькнув, исчезла также быстро, как и появилась. Нимуэ сделала шаг вперёд, неотрывно смотря в светлые глаза Мерлина. Она хотела понять, о чём он думает, обращаясь к ней, на что рассчитывает? Отвлечь и нанести удар?
Но понять ей так и не удалось, потому что в это время на балкончике появился официант, разносивший подносы с шампанским.
Самая интересная часть торжества началась. Внизу зазвучал голос устроителя выставки, усиленный микрофоном. Раздались аплодисменты. Нимуэ взяла с подноса стакан шампанского, но пить его не торопилась, предпочтя поставить на перила, а после вновь приблизиться к своему «собеседнику».
– Зря ты здесь появился, - почти прошипела она, - а уж тем более зря пытаешься что-то соврать… мне слушать тебя? – она усмехнулась и сделала ещё шаг вперёд.
Это стало её ошибкой, а может и везением – с какой стороны посмотреть – магия, закипавшая внутри ведьмы, выплеснулась наружу непроизвольно и моментально. Желтая вспышка во взгляде, видимая только Мерлину, и у нескольких гостей внизу начинают лопаться бокалы в руках.
– Что нового ты можешь рассказать? –  в голове отбойными молоточками стучала мысль о мести. У женщины разве что пар из ушей не повалил – это был бы уже перебор.
– Всё также спасаешь «хороших» людей? – она выделила предпоследнее слово, - сколько собралось их там, внизу… она не договорила – снова произошел непроизвольный всплеск магии, которая  трещала в воздухе – или Нимуэй эти звуки мерещились – желтый огонёк мелькнувший во взгляде, и в следующие секунды с потолка срывается тяжелая хрустальная люстра, падая посреди большого зала и разбиваясь вдребезги – люди, которые внимая речи в большинстве своём стояли у стен, испуганно ахнули и посмотрели вверх, впрочем, так и не заметив ни Мерлина, ни Нимуэй, поскольку в основном подумали о плохо закрепленных крюках, на которых крепилась люстра, превратившаяся теперь в груду битого стекла.
– Ай, как неаккуратно получилось! - Нимуэй как-то странно улыбнулась, - обошлось без жертв… хочешь выпить, Мерлин?  Не дожидаясь ответа, она схватила с перил стакан, и  швырнула его в направлении мага, - держи! – вот теперь в её взгляде больше читалось безумие, нежели ненависть.
– Ой, если тебе шампанским одежду залило, могу посоветовать отличный пятновыводитель. Мою юбку он спас.
В их направлении поднимался один из хозяев выставки и ещё несколько ценителей искусства, среди которых был тот пожилой джентльмен, с которым Нимуэ заходила в музей. Всё начиналось так обычно, а заканчивается более, чем странно.
Нимуэй понимала, что её уже не интересует ни выставка, ни конспирация. Теперь её целью стало сражение со стоящим напротив магом. Она ждала подходящего момента для его начала, и эти джентльмены в смокингах не смогут испортить её планы.
Прикрыв глаза рукой и отвернувшись от приближающихся ценителей искусства так, чтобы те не увидели её взгляда, Нимуэй шепотом произнесла заклинание. На этот раз специально. И Мерлин, конечно, догадался об этом, как считала колдунья.
Джентльмены приблизились и один из них спросил, - вам плохо? – посчитав, что женщине стало дурно от выпитого шампанского. Она подтвердила, - д-да, - прерывающимся голосом, и в этот момент во всём зале начали гаснуть люстры, некоторые из которых взрывались, погружая залы во тьму. – Что за… -  джентльмены не сговариваясь побежали обратно.
Послышались крики. Кто-то завопил о скрывающихся в здании бандитах. Раздался чей-то командный голос, - снимай, снимай быстрее, это сенсация! Покушение в музее... Журналисты.
Раздалась просьба "всем сохранять спокойствие", и вскоре в зал внесли старинные канделябры, которые несколько осветили помещение. А Нимуэй двинулась на Мерлина сперва обычным шагом, а после перешла на бег…

+2

5

Иногда Мерлин сравнивает Нимуэ с Морганой. Моргана живёт и дышит ненавистью, черпает из нё все силы, Нимуэ же погрязла в собственном безумии, оно даёт ей такие возможности, о которых Моргана даже и не подозревает, и это делает её намного более опасной соперницей. Опасной и непредсказуемой, и Мерлин опасается её намного больше, чем сестру Артура, потому что его ошибки в прошлом едва не стоили жизни не только ему, но и Хунит с Гаюсом.
- Пора бы начать учиться на своих ошибках, – бурчит Эмрис в ответ, потому что понимает: она ничего не забыла, она ничего ему не простила, она будет мстить. Колдунья абсолютно не хочет признавать, что тогда у него не было другого выбора, ведь на кону стояло слишком многое.
Он получил тогда огромную силу, и ему самому было почти больно, так что он просто обрушил всю её на Нимуэ. Сейчас они стоят друг напротив друга, как пятнадцать веков назад, только декорации изменились, и Мерлин может думать только о том, почему именно сейчас, судьба как будто насмехается над ним, когда всё наконец-то стало хорошо, оказалось, что вместе с Артуром воскресли ещё и давние враги, не его, а лично Эмриса, и он не представляет, что будет, если они все объединятся.
Появление официанта отвлекает от мрачных мыслей, и Мерлин берёт у него с подноса бокал с шампанским, он ненавидит эту приторную газированную гадость, от которой потом так болит голова, но во рту отчего-то пересохло, и волшебник, кривясь, делает пару глотков, а потом осторожно ставит бокал на перила, совсем рядом с бокалом Нимуэ, и их руки почти соприкасаются, и это почему-то заставляет его напрячься больше, чем от всей ситуации вместе взятой.
- Не вижу смысла, – качает он головой. - Я не вру, но и убедить тебя не буду пытаться.
Он знает, что это бесполезно, он знает, что ничем хорошим это не кончится, вышел, называется, прогуляться, ага. Встреча старых знакомых выходила слишком опасной и слишком в их духе, Нимуэ делает пару шагов вперёд, её глаза вспыхивают золотым, а Мерлин действительно пугается. Не за себя, нет, но неужели она правда использует магию здесь, когда вокруг столько невинных людей?
- Когда появляется необходимость – спасаю, – отрезает он, но отшатывается в сторону, слыша звук падающей люстры. Эмрис понимает, что не успеет ничего предпринять, он мог бы замедлить время, а потом разбить люстру магическим зарядом, но тогда осколки точно заденут людей, стоящих у стены, и он аккуратно, совсем чуть-чуть, магией подталкивает их подальше от предполагаемого места падения пафосной махины из стекла и позолоты. Оглушительный грохот даёт по ушам, но жертв вроде бы нет, и парень выдыхает с облегчением, потому что такой люстрой можно было бы передавить добрый десяток человек, за считанные секунды, как каких-нибудь муравьёв.
Поведение Нимуэ напрягает его всё больше и больше, когда она швыряет в него стеклянным бокалом с шампанским, и реакция опять подводит Мерлина, шампанское заливает ему свитер под расстёгнутой курткой, намокшая шерсть противно липнет к коже, и Эмрис скрипит зубами так, что слышат, наверное, все вокруг.
- Это так… мелко, – закатывает он глаза, потому что надеется вывести из себя Нимуэ ещё больше, если такое, конечно, вообще возможно. Старую вражду не победить обливанием шампанским, а в данный момент ему необходимо как-то выманить колдунью на улицу, иначе жертвы будут точно, с люстрой было даже не везение, потому что если бы Нимуэ хотела убить – она бы убила.
Та шепчет заклинание, от которого залы погружаются во тьму, и Эмрис пятится в сторону лестницы, бежит вниз, стараясь только не споткнуться на ступеньках и не полететь кубарем, добегает до первого этажа, слыша, как воют сзади сирены сигнализаций витрин, из которых магией выдирается холодное оружие, которое вот-вот будет направлено – он даже не сомневается – ему в спину.
Он распахивает входные двери музея магией и буквально выкатывается наружу, запыхавшийся, только бы не приступ чёртовой астмы снова, сзади слышен стук каблуков Нимуэ, но Эмрис и не планирует убегать от ведьмы далеко, потеряв его, она способна в ярости разнести целый квартал, а этого допустить он не может.
Эх, сейчас бы Эскалибур, – мелькает почти паническая мысль, но быстро исчезает, стоит ему выбежать на проезжую часть, где машины оглушительно ему сигналят, а водители, высунувшись из окон, награждают не самыми лестными эпитетами. Он перебегает дорогу, а в спину ему несётся магический заряд, от которого Мерлин уклоняется, свернув в какой-то переулок и произнося на ходу заклинание, которое должно убрать с улицы всех людей, заставить вернуться в свои дома, потому что рисковать он не имеет права.
Он оборачивается – очень вовремя – и видит, как в него летит старинный магический кинжал, который волшебник разворачивает одним движением руки и отправляет обратно к Нимуэ. Сколько оружия она позаимствовала из музея, интересно…

+1

6

Добежав до второго этажа, Нимуэ останавливается перед витринами с холодным оружием, рядом с которыми никого не наблюдается. Идеальный момент. Оглянувшись по сторонам, она протягивает руку к витринам, шепча заклинание, и те открываются, позволяя колдунье собрать то оружие, до которого в спешке дотягиваются руки: несколько коротких рапир, парочка острых томагавков, один железный топорик и, наконец, тот самый древний кинжал, которым так заинтересовалась  ведьма, когда только зашла в эти залы. Начинает завывать сигнализация, возвещая охрану о том, что кто-то осмелился совершить кражу ценных экспонатов, прямо под носом у кучи народа.
При помощи магии, она скрывает краденое оружие от взглядов людей, не обладающих специальными способностями, так что женщину, стоящую прямо перед разбитыми витринами, принимают лишь за заплутавшую во всей этой суматохе туристку, советуя ей спуститься вниз и присоединиться к остальным посетителям музея. Ведьма эту речь  не дослушивает, поскольку за время, что она потратила на сбор оружия, Мерлин уже достаточно далеко успел убежать. Она не может позволить ему уйти просто так. Она жаждет реванша!
Сбегая по ступенькам, Нимуэ перепрыгивает две последних, замечая, что он уже выходит на улицу, и в досаде швыряя в закрывающиеся двери один из захваченных ножичков, который врезавшись в деревянную створку, становится видимым.
У этого заклинания короткий срок действия. Находящийся поблизости от входной двери турист с удивлением смотрит на возникший из ниоткуда музейный экспонат, который вроде как похитили недавно.
Колдунья бежит к двери, ощущая, как под ногами хрустят осколки от разбившейся люстры. Рукой пытается выдернуть застрявший ножик, чем привлекает внимание спешащих к дверям охранников. Ерунда, у неё ещё полно оружия!
Не обращая внимания на просьбу задержаться, ведьма выбегает на крыльцо, у которого собрались устроители выставки, поджидающие видимо представителей правопорядка. Когда мимо них проносится женщина в чёрном вечернем  платье, один из устроителей узнаёт в ней ту даму, что почувствовала себя плохо совсем недавно. Наверное, ей и впрямь плохо, если ценительница искусства выбегает из музея без тёплой одежды в такой холод. Её пытаются остановить, но женщина смотрит каким-то не совсем адекватным взглядом и бежит дальше, к дороге, на которую выскакивает так быстро, что один автомобиль резко тормозит, задев ногу колдуньи не настолько сильно, чтобы она упала, но достаточно ощутимо, чтобы на этом месте позже возник синяк.
Водитель ругается на "ненормальную, которая  бросается под колёса", но Нимуэй не обращает на это внимания, оказываясь на противоположной стороне и посылая в спину убегающего темноволосого паренька электрический заряд магии. Мимо!
Тяжесть прихваченного оружия сказывается на её скорости, но Нимуэ не спешит расставаться с ним, рассчитывая, что оно ещё пригодится в битве.
Она забегает в узкий переулок, вдоль которого теснятся покосившиеся на бок одноэтажные полуразвалившиеся хибары.
В этом переулке воняет прокисшей капустой и ещё чем-то не менее отвратительным.
Нимуэ замедляет шаг, переступая через кучу мусора. Она догадывается, что Мерлин находится где-то поблизости, сжимая в руке ритуальный, древний кинжал. Проведя пальцем по его лезвию, колдунья убеждается, что он действительно очень острый – на её пальцах выступает бледно-алая струйка крови. То, что нужно.
Ещё один поворот, за которым она наконец обнаруживает Мерлина, и кидает в него кинжал, так что он летит со свистом, нагоняя её цель. Но расчёт не оправдывается, поскольку маг отсылает кинжал к ней.
Нимуэ вскрикивает – острие всё же задело её руку из-за узкого  пространства и неожиданности удара. По крайней мере, колдунья не рассчитывала на подобный разворот.
Она прижимает руку к порезу, потом смотрит на Мерлина, казалось бы, растерянно. Но нет, это не была растерянность, скорее возросшее безумие.
– Полагаю, что наше перемирие ты решил подписать кровью? – задаёт она несуразный вопрос, поскольку сама начала эту заварушку, но чего ещё можно было ожидать от ополоумевшей ведьмы?
– Оригинально, - в следующую секунду в стоящего напротив юношу летят два захваченных из музея томагавка.  А ещё спустя пару секунд – подожженная магией  короткая рапира, которая угодила в мусорный бак. Из него сразу же высыпало, по меньшей мере, четыре бродячих кота, которые с громким мяуканьем бросились врассыпную.
– Правда странно ощущать себя мышью в мышеловке? – спрашивает Нимуэй, надвигаясь на Мерлина со второй рапирой в руках. Судя по блеску во взгляде, она решила расправиться с магом  без помощи заклинаний.
Вблизи раздаётся вой полицейских сирен. Горящий мусорный бачок опрокидывается на землю, поскольку Нимуэ сбивает его ногой.

+1

7

В этой подворотне слишком грязно и слишком воняет, поэтому умирать в ней Мерлину абсолютно не хочется. Собственно, умирать ему вообще не хочется, ведь тогда окажется, что он ждал все пятнадцать веков напрасно, и, наконец, проиграет, ведь Артуру не справиться без него и в этом мире, чтобы там бывший король не говорил. Именно из-за этого они и ссорятся сегодня: Пендрагон громко и настойчиво доказывает, что способен приспособиться сам, без чужой помощи, и это слишком больно, ведь волшебник же хочет как лучше. Честное слово, Артур иногда ведёт себя как самая настоящая задница, причём потом абсолютно не понимает, что сделал не так, и Эмрис постепенно устаёт каждый раз разжёвывать ему всё, объяснять, доказывать, что тот неправ.
Кажется, на этот раз он сам себя загнал в угол, выход из подворотни только один, и тот перегорожён, так что можно разве что улететь в небо, позвав дракона, но все драконы вымерли, и Мерлин остаётся их Повелителем только на словах, чисто формально, ещё один ненужный титул, не значащий в двадцать первом веке ровным счётом ничего. Но всё равно Нимуэ ошибается, думая, что он так просто сдастся, за прошедшие века Эмрис сильно поднаторел в магической науке, просто потому, что больше заниматься было особо и нечем. От Гаюса ему досталось множество книг и рукописей с самыми разнообразными, подчас даже, казалось бы, малозначительными и дурацкими заклинаниями, например, как заставить недруга вместо слов квакать, и всё в таком же духе.
Колдунья, кажется, не ожидала от него такой магической прыти, поскольку отправленный обратно кинжал задевает ей руку, видно, давно не практиковалась, Мерлин не знает, радоваться ли этому факту или расстраиваться, что Нимуэ пребывала в анабиозе всё то время, пока он ждал и от скуки заучивал заклинания. Кинжал громко звенит, падая на асфальт, на него падает пара капель крови из неглубокой раны на руке колдуньи, отчего безумие в её взгляде только возрастает, тёмный зрачок сожрал всю голубую радужку, и выглядит она довольно пугающе, как демон из старинных легенд.
Воздух вокруг них трещит от магии, и Эмрис закусывает губу, потому что старается сдержаться изо всех, и ему очень больно от этого, магия распирает его изнутри, кажется, ещё немного – и он просто взорвётся. Магия чувствует достойного противника, наконец, спустя столько времени, и радуется.
В него летят огромные тяжеленные томагавки, тоже прихваченные Нимуэ из музея, но Мерлин мгновенно реагирует, его глаза вспыхивают золотым, а железки летят в ближайшую стену с такой силой, что летит каменная крошка. Да уж, не хотел бы он опоздать хоть на секунду, на такой скорости они бы снесли ему голову…
- Это не мышеловка, – скалится Эмрис, глядя на рапиру в руке колдуньи. Правильно, зачем тратить магическую силу, когда можно убить его обычным оружием, так просто и наверняка, чтобы потом опустить руки в его ещё тёплую кровь, почувствовать, каково это. Но вот только волшебник, как вы помните, совсем не собирается умирать здесь и сейчас, поэтому он магией выбивает рапиру из рук и забрасывает её куда-то высоко в небо, уничтожая в полёте.
Мерлин чувствует растерянность – он не знает, как поступать дальше. Убить колдунью? Оглушить? Он неуверенно протягивает руку и начинает читать заклинание, которое на время должно дезориентировать Нимуэ, заставить её потерять связь с реальностью, но не успевает его закончить, потому что чувствует ощутимый тычок кулаком в бок. Охает и сгибается пополам, ну так нечестно, честное слово!
Теперь он злится и знает, что вполне может прямо сейчас вызвать с небес такую знакомую ведьме молнию, убившую её в прошлый раз.
- Зачем тебе это? – хрипит Мерлин, стараясь потянуть время, чтобы собрать побольше магической силы. - Почему ты воскресла именно сейчас?

+1

8

Лишившись рапиры, ведьма всё же продолжает наступление, сжав руки в кулаки и готовясь в любой момент нанести удар.
Опрокинутый бачок с горящим мусором оказывается у стены дома, рядом  с которым громоздятся полусгнившие деревянные ящики.
– Значит, не мышеловка? - со странной интонацией переспрашивает она. То есть для него это недостаточно опасная ситуация?!
Нимуэ ощущает новый приступ ярости, кидаясь на мага и пытаясь сбить того с ног. Ей удаётся ударить его костяшками пальцев в бок. Удар приходится с левой стороны. Безумный взгляд колдуньи останавливается на стене позади Мерлина.
Она кажется растерянной и непонимающей. И правда, отчего именно сейчас?
– Я не знаю… - шепчет она и качает головой, на какие-то доли секунд, становясь вполне обычной молодой женщиной, которую по непонятным причинам занесло в подворотню нищенского квартала. Кажется, что она вот-вот спросит у стоящего напротив молодого человека: - «не подскажете, как пройти к центральной улице?» – развернётся и потерянно побредёт обратно, к музею. 
Но секунды проходят, и Нимуэ вновь  враждебно смотрит на мага, скорее утвердительно, чем вопросительно, произнося:
- … может, для того чтобы подтвердить приближающийся Конец Света? А может для того, чтобы отравить тебе существование, Мерлин?!
Последнее слово колдунья выкрикивает, собираясь было снова наброситься на своего врага с кулаками, но то ли она была истощена недавней гонкой, то ли силы ушли на безумие, но Нимуэ оступается, падает на землю и, не торопясь подняться, смотрит на догорающий бочок мусора. Её взгляд сверкает, посылая импульс магии, который заставляет огонь взметнуться вверх, перекинуться на деревянные ящики, оставленную кем-то деревянную лестницу, протянуться вдоль  стен домов,  окружить собой и Мерлина, и саму Нимуэ.
– А теперь это больше похоже на мышеловку? – с неуместной радостью в голосе спрашивает ведьма.
Такие вопросы обычно задают ученики своим учителям, стремясь получить от тех похвалу: «- А теперь это больше похоже на скворечник, сэр? – Да, молодец, отлично!».
Пламя начинает сжиматься в тесном пространстве переулка. В его свете ясно видно, как приоткрывается окно верхнего этажа и оттуда раздаётся недовольный голос, - опять мусор под окнами жжете, хулиганьё! Колдунья смотрит на это окно,  думая о том, что этот дом, оказывается, не настолько заброшен, как кажется.
Она смотрит на огонь, который под этим взглядом поднимается до крыши.
Из окон теперь раздаются возгласы: горим! Вызывайте пожарных!
Нимуэ издаёт хриплый смешок,  предпринимая очередную попытку подняться. – Поиграем в кошки – мышки, Мерлин?
Она пытается отыскать взглядом мага, но в поднявшемся дыму сделать это оказывается сложно. 
– Мерлин, ау! – колдунья закашливается, рукой пытаясь нащупать опору. Притомилась она, однако, гоняться за этим прытким магом.  А переулок всё пустует… неужто не обошлось без заботы  Мерлина о случайных зеваках? Как это мило…
У ведьмы в рукаве припасён ещё один козырь – из волос она достаёт серебристую заколку, по совместительству оказавшуюся ещё и мини-кинжалом. Не таким острым и опасным, как всё, что она кидала в мага до этого. Но ей всё равно. Главное, что этим можно драться.

+1

9

Он видит в глазах Нимуэ растерянность, и в нём на долю секунды просыпается надежда, но также быстро исчезает, потому что растерянность – это ненадолго, это временное, скорее, от неожиданности вопроса. Но неужели она сама не задумывалась об этом после того, как вспомнила? Чёрт побери, да у неё было целых пятнадцать веков, любая возможность, любой год, но именно здесь и сейчас, в двадцать первом, все нити судеб начинают вновь сходиться, и от осознания этого факта Мерлин не ощущает ничего, кроме головной боли.
- Ну что ты, конца света не случится в ближайшее тысячелетие, – почти беззаботно машет он рукой, стараясь не показывать, как напрягли его слова Нимуэ. А вдруг это действительно так, вдруг этот век станет последним для всех после великой магической войны, которая будет пострашнее какого-то там ядерного взрыва, потому что их силы возросли, и он это чувствует. А ведь есть ещё и Моргана, с которой Эмрис пока не встретился, но что-то ему подсказывает, что колдунья будет ему совсем не рада, особенно после того, как он насквозь проткнул её Эскалибуром, чувствуя, как поддаётся нежная плоть и хрустят хрупкие кости. Он убил уже стольких, и всё ради Артура, иногда ему кажется, что на его руках крови больше, чем у всех ведьм вместе взятых, и никакое оправдание благой целью и великой судьбой не служит аргументом перед собственной совестью, грызущей его день за днём, и огромным чувством вины, давящим на него, как гиря весом в тонну.
Нимуэ часто снилась ему в кошмарах, и вот теперь настигает его и в реальности, это тоже называется судьбой? Больше нет Килгарры, и не у кого спросить совета, пусть и путанного и туманного, но хоть какого-то, ему вообще не к кому больше обратиться, ну право слово, не к Пендрагону же. Иногда он так растерян, что у него всё валится из рук, но сейчас нужно собраться, потому что слишком многое в данной ситуации может стоить ему смерти. У Эмриса к старухе свои счёты, но встретиться с ней он ещё не готов, чтобы там кто не думал.
Вокруг гудит пламя, и Мерлин внезапно понимает, какой ужас испытывали те, кого в Камелоте сжигали заживо. Огонь – мощнейшая стихия, её легко вызвать, но ей практически невозможно управлять, и набирает силу он сам, без чьей-либо помощи, но Нимуэ всё равно подбавляет ему магии, и Мерлин слышит, как трещат деревянные оконные рамы, именно что слышит, потому что к небу поднимаются столбы чёрного дыма, в котором абсолютно ничего не видно. Он кашляет, задыхаясь, совершенно не зная, что делать в таком случае? Закрыть лицо футболкой, или что? Его лёгкие не справляются, и Эмрис достаёт из кармана ингалятор, вдыхая лекарство, а потом лекарство в его руке от жара накаляется, и Мерлин отбрасывает его в сторону, слушая глухой хлопок. А, точно, баллончик же под давлением, и его нельзя нагревать…
Люди, высунувшиеся из окон верхних этажей, панически кричат, и Эмрис огромным магическим усилием загоняет их обратно в квартиры – слишком сложно управлять паникующими людьми, которые действуют на одних рефлексах.
Он слышит голос Нимуэ, но за гудением пламени почти невозможно понять, что именно она говорит, но всё равно оказываться с ней рядом в этом аду у него нет абсолютно никакого желания, и волшебник изо всех сил пытается сориентироваться, найти выход из подворотни. Дышать тяжело, думать – ещё тяжелее, и Мерлин сотворяет вокруг себя небольшую простенькую волшебную сферу, которая защитит его от ожогов и не даст отравиться угарным газом, в случае чего.
Вдалеке слышны сирены, и он даже не пытается потушить пожар, его главная цель сейчас – выбраться, сотворив иллюзию того, что он остался в подворотне, чтобы колдунья продолжала его там искать до последнего. Но творить серьёзное колдовство в таком пожаре тоже сложновато, приходится сосредоточиться изо всех сил, вспоминая подходящее заклинание, по лицу ручьём течёт пот, в этом почти замкнутом пространстве температура примерно такая же, как в какой-нибудь печи.
Мерлину приходится идти боком – чтобы Нимуэ не могла неожиданно атаковать его в спину и чтобы одновременно видеть, что творится впереди, каждый шаг даётся ему с трудом, он слегка разводит языки огня в стороны, чтобы пробиться, и, наконец, буквально вываливается на безлюдную улицу, с которой совсем недавно разогнал всех прохожих. Снимает защитную сферу, жадно вдыхает свежий ночной воздух, кажущийся ему в эти секунды чем-то просто упоительным, сгибается пополам, кашляя и сплёвывая копоть, непонятно как оказавшуюся у него во рту. Так, теперь заклинание. Эмрис снова поднимает руку, произнося слова Древней Религии, чтобы отправить в подворотню своего фантома, бесплотного и практически невидимого, но зато обладающего его голосом.
Интересно, как быстро Нимуэ раскусит обман?

+1

10

Он не мог спрятаться далеко в таком замкнутом пространстве, но из-за густого дыма ведьме приходилось действовать наугад.
Вот ей показалось, что позади кто-то  пробежал. Развернувшись, Нимуэ резанула кинжалом пустое пространство.
– Мерлин! – в который раз завопила ведьма, перекрывая своим голосом треск нарастающего пламени. Куда он подевался?.. Языки сжимающегося огня медленно подбирались к её ногам. Она вдруг осознала то, что если не выберется с этого участка в ближайшие несколько минут, то попросту сгорит, как те ведьмы и колдуны на кострах инквизиции. Только этот костёр она развела сама.
– Эй, я здесь! – раздался совсем близко голос искомого ею мага. Нет, теперь уж она точно не уйдёт, пока не доведёт начатое дело до конца. Он был едва различим в сгустившемся дыму. Он был за  преградой из огня, неожиданно возникшем на её пути, но ведьма не обратила на это внимания, приближаясь к магу с поднятым кинжалом. Отблеск пламени отразился от стальной поверхности, когда она снова ударила острием пустоту.
– Теряешь хватку, как нехорошо, - насмехался Мерлин уже с другого конца их «арены». Как он так быстро переместился? – мелькнула было мысль, тут же вытесненная жаром пламени и яростью. Как он смеет насмехаться?! – она снова побежала на юношу, рассчитывая, что на этот раз точно попадёт в него, но её ждало разочарование, поскольку острие кинжала прошло сквозь что-то бесплотное. Ну конечно… как она могла попасться на эту старую, как сама древность, шутку с двойником?
Лже-Мерлин исчез с громким хлопком, а колдунья осталась стоять, ощущая себя очень глупо и опустошенно. Огонь всё смыкался вокруг  неё, плавил железные шпильки на туфлях, жег пятки...
Сколько же времени она потратила на пустышку? Нужно выбираться и продолжить преследование, продолжить, обязательно.
Мысль о преследовании засела в ней, как заевшая пластинка. Руку нещадно жгло, и только теперь  Нимуэ вспомнила про серебряные часы с драконом, корпус которых раскалился, оставив красный ожог на запястье левой руки. Часы скользнули в пламя, мини-кинжал последовал за ними.
В переулок вбежали люди в желтой форме и касках со шлангами наперевес. Позади них остановилось несколько машин, перекрывая выход. Она вскрикнула, когда пламя взметнувшись опалило ей руку – ту, на которой были часы. Глаза колдуньи блеснули желтым светом и оно сжалось, освобождая место для выхода из ловушки. Так случилось, что как раз в то время, когда Нимуэ показалась из-за огня, бравые ребята в желтом врубили шланги и, естественно, колдунью окатило сперва пеной, затем водой, практически сразу инеем замёрзшей в растрепанных, стоящих практически дыбом, волосах. Отряхнув пену с промокшего платья, хотя помогло это мало, она одарила пожарных выразительным взглядом и направилась к выходу из проулка – и, где теперь ей искать Мерлина? Что делать?
Пока она задавалась этим вопросом, кто-то закричал, - тут у нас пострадавшая! – к ней подскочил человек в белом халате, назойливо предлагавший госпитализировать Нимуэ.
– Нет, - коротко отказалась ведьма, пытаясь припомнить заклинание поиска, чтобы нагнать, успевшего скрыться, хитрого мага.
– Кто мог совершить поджог? Опишите его, - человек в форме полицейского черкал что-то карандашом на бумаге, прислушиваясь к говорившим наперебой людям, якобы видевшим поджигателя.
Приостановившись, она стала наблюдать за происходящим. Поджигатель, значит… - дождавшись, пока полицейский отвлечётся на «свидетелей», колдунья приблизилась к фото роботу какого-то бородатого мужчины со сросшимися бровями, который ну никак не мог быть поджигателем. Нимуэ это точно было известно, как и то, что есть более подходящий кандидат на эту роль.
Она провела ладонью по фото роботу, и на нём тут же возник рисунок лица Мерлина, грозным взглядом  смотрящего на представителей закона. Ну чем не поджигатель? – довольно подумала она, отходя от машины, где вернувшийся полицейский озадаченно спрашивал, - кто это успел дорисовать преступника, да ещё так досконально?
Ему не ответили, зато от места пожара к машине несли музейные раритеты, те самые, на поиски которых брошен был наряд полиции.
– Поджигатель обронил? – сам не зная, какую услугу оказывает, предположил  один из полицейских.
Нимуэ ухмыльнулась, - поджигатель да ещё и вор. Весело будет Мерлину. А уж ей – и подавно. Пользуясь общей суматохой, она вышла из проулка и, прошептав заклинание поиска, стала смотреть, куда ведёт нить следа, которую должен был оставить Мерлин.
Он тянулся красной  полосой вдоль улиц, теряясь где-то  за поворотом.
Пройдя немного, она остановилась, поняв, что след мага раздваивается. И где продолжить преследование?..
Она опять прошептала заклинание, посылая электрический разряд по обеим нитям следа.
Так или иначе, его должно сильно тряхнуть от этого заклинания. Не одной же ей разгуливать в таком виде, будто ведьма встала в грозу под высокое дерево,  и при этом ноги её находились в водоёме!
Из подворотни вырулила полицейская машина. Вот кто будет искать поджигателя – полиция. А Нимуэ остаётся только присоединиться к ним. Хотя нет, ждать  долго она не сможет – сама подключит силы, чтобы отыскать мага и продолжить прерванный поединок.
Хм, интересно, Артур тоже здесь? Ну, конечно… - впервые за этот вечер Нимуэй вспомнила о магическом отпрыске Утера, о сильной связи между ним и Мерлином в прошлом. А ещё о том, что может попробовать найти Мерлина обходным путём.
На пальце её зашевелился золотистый жук, которых изредка, но можно встретить в больших городах. Они так часто залетают в чужие жилища и, оставаясь незамеченными, существуют в них довольно долго.
– Ищи Артура. Ищи Мерлина. А лучше – обоих, - произнесла она, подкидывая насекомое в воздух. Жука долго уговаривать не пришлось – спустя секунды, он скрылся из вида. Нимуэ же прислонилась к фонарному столбу, размышляя над тем, что силы Мерлина за прошедшее время возросли, а её собственные – уменьшились. Нужно бы это восполнить… но как? Разве что найти поддержку...
Осталось решить, где её найти. Тут одна из нитей следа вспыхнула алым - то, чего не ожидала колдунья, в ближайшее время.
Неужели след приведёт  к Мерлину раньше, чем она рассчитывала? Что ж, всё же, лишний ориентир в виде магического жучка не повредит. Так или иначе, игра ещё продолжается.

+1



Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC